Зарегистрироваться сейчас
Авторизация
Забыл пароль

Lost your password? Please enter your email address. You will receive a link and will create a new password via email.

Авторизация
Зарегистрироваться сейчас

Телефон горячей линии

8 (499) 350-83-05

Бесплатная юридическая консультация.

Статья 234. Приобретательная давность

1. Лицо — гражданин или юридическое лицо, — не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

2. До приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

3. Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

4. Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, — не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя.

Комментарий к ст. 234 ГК РФ

1. К числу первоначальных оснований приобретения права собственности следует также отнести приобретательную давность, т.е. срок владения вещью, по истечении которого приобретается право собственности (ст. 234 ГК). Запоминающаяся характеристика приобретательной давности (usucapio) давалась дореволюционными цивилистами: «Безмолвие и бездеятельность управомоченного субъекта, допускающего явное нарушение своего правомочия, толкуется законом как отказ от него. Давнишний, явный и яркий факт торжествует над поблекшим правом» (Кассо Л.А. Русское поземельное право. М., 1906. С. 123).

В советский период в гражданском законодательстве институт приобретательной давности закреплен не был, хотя потребность в нем отмечалась многими авторами. Положения о приобретательной давности вновь появились в российском законодательстве лишь в Законе РСФСР от 24 декабря 1990 г. «О собственности в РСФСР», ныне уже утратившем силу в связи со вступлением в силу части первой ГК.

2. Право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено не только на бесхозяйное имущество, но и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу (п. 17 Постановления ВАС N 8). В частности, в этом порядке может быть приобретено право собственности на объекты, находящиеся в федеральной собственности, в собственности субъектов РФ и в муниципальной собственности. Тем более нахождение вещи в частной собственности не является препятствием для ее приобретения в силу комментируемой статьи.

3. Понятие «лицо» имеет в комментируемой статье иное содержание, чем одноименная категория, употребленная в названии подразд. 2 разд. I ГК. Там оно охватывает в числе прочего Российскую Федерацию, субъекты РФ и муниципальные образования. Комментируемая статья специально разъясняет, что под лицом имеются в виду только граждане и юридические лица. Тем самым Российская Федерация, субъекты РФ и муниципальные образования лишены способности становиться субъектами права собственности посредством приобретательной давности. По основанию приобретательной давности может возникнуть лишь право частной собственности.

Иного мнения придерживается Ю.К. Толстой: «Приобрести право собственности по давности владения может как физическое, так и юридическое лицо, а также Российская Федерация, субъект Федерации или муниципальное образование» (Гражданское право: Учеб. В 3 т. Т. 1 / Под ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. 6-е изд. М., 2006. С. 426). Аргументация этого тезиса состоит, видимо, в ссылке на п. 2 ст. 124 ГК, согласно которому к Российской Федерации, субъектам РФ, муниципальным образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов. Такая точка зрения имеет под собой основания, однако, на наш взгляд, все же правильнее полагать, что прямое указание в комментируемой статье граждан и юридических лиц наряду с термином «лицо» скорее похоже на квалифицированное умолчание законодателя относительно прочих субъектов гражданского права.

4. Объекты приобретательной давности определены как недвижимое и иное имущество. Следует, однако, учитывать, что приобретение права собственности по давности владения в отношении объектов, изъятых из оборота, невозможно и разрешается только с соблюдением установленных законом ограничений — на объекты, оборотоспособность которых ограничена (см. коммент. к ст. 129 ГК).

5. Комментируемая статья признает приобретательную давность при наличии ряда условий (реквизитов), причем каждое из них необходимо и несоблюдение (отсутствие) хотя бы одного из них исключает возможность перехода права собственности по приобретательной давности.

Во-первых, владение должно быть добросовестным. Добросовестность означает, что в момент приобретения вещи владелец полагает, допустимо заблуждаясь в фактических обстоятельствах, что основание, по которому к нему попала вещь, дает ему право собственности на нее. Допустимость заблуждения определяется тем, что владелец не знал и не должен был знать о незаконности своего владения.

Случаями недопустимого заблуждения, в частности, являются:

1) если владелец заведомо понимает, что ему передается вещь, но без права собственности на нее. Так, ни арендатор, ни хранитель, ни субъекты права хозяйственного ведения или оперативного управления, ни работники юридического лица — собственника никогда не приобретут право собственности по ст. 234 ГК, потому что в момент поступления вещи к ним во владение знали, что не являются ее собственниками (п. 18 Постановления ВАС N 8);

2) если незаконность заблуждения вытекает непосредственно из закона (старый принцип: незнание закона не освобождает от неблагоприятных последствий); отсюда — заблуждение может касаться только фактических обстоятельств (например, незнание факта наложения ареста на вещь). Например, может возникнуть вопрос о добросовестности завладения вещью лицом, обнаружившим бесхозяйное движимое имущество, но не совершившим необходимых в порядке ст. 227 ГК действий (сообщение в милицию или органы местного самоуправления). Если лицо оставит вещь у себя и будет владеть ею как своей собственной, оно не приобретает по истечении указанных в комментируемой статье сроков право собственности, так как при приобретении вещи во владение были нарушены императивные нормы ГК, незнание которых не делает владельца добросовестным;

3) если сведения о фактах, препятствующих отчуждению недвижимой вещи, зарегистрированы в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним;

4) если владелец проявляет явную неосмотрительность или легкомысленность при передаче ему вещи (см.: Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении: Практические вопросы. М., 2004; коммент. к ст. 234 ГК).

Кроме того, добросовестность владения исключается, когда владелец является либо похитителем или иным лицом, умышленно завладевшим чужим имуществом помимо воли собственника. Так, в судебной практике отмечается, что самоуправное занятие жилого помещения не порождает право на это жилое помещение, а отсутствие вследствие этого добросовестности владения, установленное судом, влечет невозможность его приобретения владельцем на основании комментируемой статьи — в порядке приобретательной давности (см. Определение КС «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Хохловой Галины Владимировны на нарушение ее конституционных прав положением статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

6. С практической точки зрения важно понимать, что требовать от давностного владельца добросовестности на всем продолжении срока приобретательной давности нельзя. Добросовестность определяется на момент совершения сделки по установлению владения. Если впоследствии владелец обнаружит, что вещь приобретена незаконно, то это само по себе не делает его недобросовестным в смысле комментируемой статьи.

В этом состоит проявление постулата римского права: «Последующая недобросовестность не вредит начатому владению». Данный вывод сегодня основан на п. 4 комментируемой статьи, согласно которому лицо, из владения которого вещь может быть истребована на основании ст. ст. 301 и 305 ГК (эти статьи посвящены лицу, незаконно владеющему чужой вещью), в принципе способно приобрести ее по давности владения. Такое лицо, следовательно, не исключается из круга потенциальных приобретателей. В то же время обратное правило: «Последующая добросовестность (во время владения) устраняет недобросовестность предшествующую (в момент приобретения)» — не действует.

7. В литературе высказывалось противоположное мнение о том, что комментируемая статья требует добросовестности на протяжении всего периода давностного владения. Согласно этому мнению, далеко не всякое получение давностным владельцем сведений о чьих-либо претензиях на имущество будет означать немедленную утрату им добросовестности. Если суд откажет в удовлетворении таких требований, добросовестность владельца не может считаться поколебленной. Если же суд подтвердит обоснованность таких требований, давностное владение будет прекращено как таковое (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть первая (постатейный) / Под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2005. С. 494 (автор коммент. — А.В. Коновалов)). Однако отказ в удовлетворении указанных требований может быть обоснован, например, обращением в суд ненадлежащего лица. Решение суда в таком случае не препятствует обращению в суд надлежащего лица; в то же время владелец, ознакомившись с доводами предшествующего заявителя по существу, может самостоятельно осознать незаконность завладения вещью.

8. Во-вторых, владение должно быть открытым. Открытость проявляется в том, что лицо никаких особых мер, направленных на то, чтобы скрыть факт завладения вещью, не предпринимает. Так, в Постановлении КС от 20 июля 1999 г. N 12-П «По делу о проверке конституционности Федерального закона от 15 апреля 1998 года «О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации» (СЗ РФ. 1999. N 30. Ст. 3989) указано, что многие перемещенные культурные ценности находились в закрытых фондах музеев и других учреждений, что не отвечает требованиям закона о добросовестном, открытом владении для приобретения права собственности на бесхозяйные вещи. Однако квалификация хранения культурных ценностей в закрытых фондах как нарушения принципа открытости владения спорна. Общеизвестно, что, например, в российских музеях большинство экспонатов скрыто от глаз посетителей ввиду элементарной нехватки площадей.

9. В-третьих, лицо совершает те действия, которые обычны для внимательного и заботливого собственника, т.е. осуществляет владение вещью как своей собственной, относится к ней не хуже, чем к остальному своему имуществу (платит установленные законом налоги и сборы, соблюдает правила об обязательном страховании, осуществляет ремонт и т.д.). При этом оно, конечно же, не обязано совершать действия, постоянно демонстрирующие окружающим владение; его поведение должно быть лишь в рамках общепринятого.

10. В-четвертых, владение должно быть непрерывным в течение срока, установленного законом. Владение, которое осуществляется эпизодически, необычно мало с точки зрения обычной практики, свидетельствует о нежелании владеть и в таком случае прерывает срок приобретательной давности.

Это основание перерыва срока приобретательной давности следует признать единственным. Встречающееся в литературе мнение о том, что приобретательная давность прерывается совершением со стороны владельца действий, свидетельствующих о признании им обязанности вернуть вещь собственнику, а также предъявлением к нему иска о возврате имущества, нами не разделяется. Совершение владельцем действий, свидетельствующих о признании им обязанности вернуть вещь собственнику, но не связанных с передачей владения, нарушает не принцип непрерывности владения, а принцип владения вещью как своей собственной.

Предъявление к владельцу иска о возврате имущества как процессуальное действие не ограничено исковой давностью (п. 1 ст. 199 ГК), что может стать поводом для злоупотреблений со стороны невладеющего собственника, лишившегося защиты в случае пропуска исковой давности и путем подачи иска желающего единственно прервать срок приобретательной давности ответчика (владельца).

11. Срок приобретательной давности для движимой вещи установлен в 5 лет, а для недвижимой — в 15 лет. С 2005 г. из данного правила, по существу, установлено исключение в п. 2 ст. 223 ГК: недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п. 1 ст. 302 ГК) на праве собственности с момента государственной регистрации, за исключением предусмотренных ст. 302 ГК случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя (СЗ РФ. 2005. N 1 (ч. I). Ст. 43). Из этой нормы следует, что если собственнику отказано в виндикационном иске, то добросовестному приобретателю не надо ждать истечения 15-летнего срока приобретательной давности; его право собственности возникнет уже с момента государственной регистрации.

Правило, закрепленное в абз. 2 п. 1 комментируемой статьи, подтверждает сделанный ранее в литературе вывод о том, что добросовестный приобретатель имущества, у которого оно не может быть виндицировано, становится его собственником. Таким несколько парадоксальным способом собственник, подав виндикационный иск и получив отказ в нем, фактически способствует владельцу в досрочном приобретении недвижимой вещи в собственность.

Отсчет срока начинается с момента завладения имуществом (это может быть подтверждено любыми доказательствами, в том числе квитанциями об уплате налога на имущество, об оплате ремонта вещи, свидетельскими показаниями). Однако из этого правила сделано два исключения: 1) в силу п. 3 ст. 234 ГК ко времени фактического владения можно присоединить время, в течение которого данной вещью владел правопредшественник нынешнего владельца, например наследодатель; 2) в силу п. 4 ст. 234 ГК течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со ст. ст. 301 и 305 ГК, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (т.е. если собственник не обращается с виндикационным иском в течение трех лет с того момента, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, то приобретательная давность начнет течь лишь по окончании указанного трехлетнего срока исковой давности).

12. В соответствии со ст. 11 Вводного закона комментируемая статья имеет обратную силу, так как распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 1 января 1995 г. (даты введения в действие части первой ГК) и продолжается в момент введения в действие части первой ГК. В то же время судебная практика склонилась к ограничительному толкованию этого правила, категорически отказываясь исчислять сроки приобретательной давности в период до 1 января 1991 г. (даты введения в действие Закона РСФСР «О собственности»), мотивируя это тем, что только с этой даты впервые после 1917 г. в России появилось понятие приобретательной давности (см. подробнее: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть первая (постатейный) / Под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2005. С. 497 (автор коммент. — А.В. Коновалов)).

13. В течение срока приобретательной давности добросовестный владелец наряду с титульными владельцами имущества пользуется вещно-правовой защитой своего владения против всех иных лиц (п. 2 комментируемой статьи), не имеющих, как и он сам, титула на вещь, например таможенных и иных административных органов (Бюллетень ВС. 2001. N 2. С. 13 — 14). Впрочем, против требований самих титульных владельцев имущества, в том числе собственника (ст. 301 ГК с учетом ст. 302 ГК), его защита бессильна.

14. Процедура приобретения права собственности по приобретательной давности также подчиняется правилам комментируемой статьи. Для движимого имущества достаточно самого факта истечения установленного законом пятилетнего срока владения по приобретательной давности. Для недвижимого имущества, помимо факта истечения установленного законом пятнадцатилетнего срока владения по приобретательной давности, требуются еще два юридических факта: судебное решение об установлении соответствующего факта (выносится в порядке особого производства) и государственная регистрация права. Этот вывод следует из абз. 2 п. 1 комментируемой статьи, п. 3 ст. 6, ст. ст. 17, 28 Закона о государственной регистрации.

Судебная практика по статье 234 ГК РФ

Определение Верховного Суда РФ от 19.01.2018 N 303-ЭС17-18608 по делу N А37-2486/2016

Принимая обжалуемые судебные акты, суды, руководствуясь положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 N 3020-I «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность», разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исходили из того, что спорное имущество не подлежало приватизации и из муниципальной собственности не выбывало.

Определение Верховного Суда РФ от 05.10.2018 N 307-ЭС18-15483 по делу N А56-11827/2017

Принимая обжалуемое постановление, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, приняв во внимание установленные при рассмотрении дел N А56-26895/2004 и А56-8038/2009 обстоятельства, не усмотрел оснований для признания за обществом права собственности в силу приобретательной давности.

Определение Верховного Суда РФ от 09.11.2018 N 302-ЭС18-17836 по делу N А33-12182/2008

Принимая обжалуемое постановление, апелляционный суд, руководствуясь положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», установив факт владения истцом спорным имуществом добросовестно, открыто и непрерывно как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, удовлетворил иск частично.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2019 N 342-О

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Н.Я. Сомова оспаривает конституционность статьи 234 ГК Российской Федерации, регламентирующей приобретение права собственности на имущество в силу приобретательной давности.

По мнению заявительницы, оспариваемая норма не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 18, 19 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), поскольку в силу своей неопределенности она не позволяет применять приобретательную давность в качестве основания для приобретения права собственности на земельные участки, относившиеся к государственной собственности и находившиеся во владении матери заявительницы более 50 лет.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2019 N 341-О

ПРАВ СТАТЬЕЙ 234 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

Определение Верховного Суда РФ от 22.04.2019 N 304-ЭС19-4328 по делу N А03-2990/2018

Разрешая заявленные требования, суды руководствовались положениями статей 209, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1, 11, 13 статьи 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 N 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», разъяснениями, приведенными в пункте 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, и исходили из того, что объект культурного наследия не был включен в план приватизации производственного объединения «Станкостроительный завод» в 1992 году, муниципальное образование городской округ — город Барнаул не совершило действий по закреплению памятника за обществом, земельный участок не принадлежит обществу, в связи с чем пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для признания права собственности за ответчиком на объект культурного наследия в силу приобретательной давности.

Определение Конституционного Суда РФ от 25.04.2019 N 940-О

1. Гражданка Т.В. Иванова оспаривает конституционность положений статьи 234 ГК Российской Федерации, согласно которым лицо — гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность); право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1); до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмот31.05.2019ренного законом или договором основания (пункт 2).

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2019 N 4-КГ19-28

Основания и порядок приобретения прав на отдельные объекты из числа имущества общего пользования определяются земельным и гражданским законодательством. С учетом принадлежности большинства из соответствующих объектов к недвижимым вещам права на них согласно п. 2 ст. 8.1, ст. 219, п. 2 ст. 223 и п. 1 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 4 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» подлежат государственной регистрации и возникают с момента такой регистрации. В силу приведенных законоположений государственная регистрация прав на объекты обслуживающей индивидуальные жилые дома инфраструктуры (инженерные сети и системы, трансформаторные подстанции, тепловые пункты, коллективные автостоянки, гаражи, детские и спортивные площадки, дороги и т.д.) завершает юридический состав, влекущий возникновение прав на объект недвижимости.

Определение Конституционного Суда РФ от 18.07.2019 N 1968-О

1. Граждане В.В. Кодатко и Т.В. Кодатко, которым решением суда общей юрисдикции отказано в признании права собственности по приобретательной давности на земельный участок, оспаривают конституционность пункта 1 статьи 234 ГК Российской Федерации, устанавливающего, что лицо — гражданин или юридическое лицо, — не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность); право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Определение Верховного Суда РФ от 18.09.2019 N 305-ЭС19-15028 по делу N А40-124252/2018

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды, руководствуясь положениями статей 11, 12, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 16, 19, 20, 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», установив, что в настоящем споре владение имуществом осуществлялось не как своим собственным, собственник не отказался от своего права на имущество и не утратил к нему интереса, передача спорного имущества на баланс общества само по себе не предполагает возникновение у него права собственности.

Определение Верховного Суда РФ от 22.10.2019 N 305-ЭС19-18721 по делу N А41-105921/2018

Принимая обжалуемые судебные акты, суды, руководствуясь положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 15, 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, установив, что ООО «Фирма Стройсервис», подрядчик, не может являться добросовестным приобретателем спорного имущества, поскольку, удерживая результаты выполненных строительных работ, знает об отсутствии у него основания возникновения права собственности, пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявления.